Это история о нашем путешествии в Португалию. Чудесное событие, преобразующее жизнь, после которого я уже 4 месяца не устаю ругать современников Пушкина, которые не вывезли его за границу и лишили ярчайших впечатлений, а мировую историю культуры – неведомых нам ныне эпизодов. А нам повезло – мы это испытали, и с нами случилось то, что не досталось на долю Пушкина, от чего его оберегли бдительные современники – мы стали другими. Каково это – попасть в страну, где все говорят совсем не на русском языке, нюансам грамматики которого учили 10 лет нас по многу часов в неделю, начертания букв которого мы учились выводить, когда – то ещё перьевым чернильными ручками, и шагнули в эпоху шариковых, а в девяностых – в эпоху клавиатурную. Но во всех эпохах кириллица властвовала над нами, а строй мысли властно определялся её служителями – великими русскими писателями, изучением, пересказом и осмыслением чьих трудов мы занимались изрядную толику школьного времени, великого магического времени, когда нас погружали в ту атмосферу верований,

которая и создала общность людей одной страны – тогда она называлась СССР. Кроме же этой общности, в чей цепкой власти мы пребывали, были общности другие, другие континенты и страны. Мы про них читали, учили, смотрели, и выходит – знали о их существовании, но словно где-то за зеркалом, в странном иллюзорном пространстве. Мы их не чувствовали, не воспринимали их существование во плоти, но как голую концепцию, скудное сборище анекдотических фактов и исторических происшествий. Такие – то немцы, так-то ведут себя, воевали, напали,

жестокие, пунктуальные, аккуратные, образованные, недалёкие…То есть все жизненные, мыслимые, живыми нитями соединённые с нами, с нашим ежедневным бытом черты человеческие отождествлялись с нами самими, а схематические контуры чего – то неизведанного, чужого, хотя – бы заманчивого и восхищающего порой, но, по сути, по воспитанию нашему , бесконечно чужого принадлежали, были и являлись другими странами и народами. Конечно, сила этого зеркального восприятия могла быть такова, что, и оказавшись за пределами нашего русскоговорящего бытия, среди другой страны, других людей, зданий, книг, песен, ветров, звуков и запахов, мы всё равно взирали бы на окружающее как на “неродное”, определяя и оценивая всё, используя когда-то выученное, запомненное и ставшее навсегда несомненным.

Так бывает, и похоже, очень часто, поэтому не хотелось читать и слышать отзывы о Португалии от других, хотелось увидеть всё сперва самим

и самим оценить, и себя оценить – будём мы там чужими и будет там всё - чужое, и насколько, и что найдём – родного?

Оказалось родным – всё. В месте, где мало кто знал хоть одно слово по- русски и очень мало – что за страна Россия. Особенно родной была столовая в городе Сагриш, где была раздача с алюминиевыми направляющими, по которой следовало скользить подносам. Мы выросли с такими раздачами вокруг, они вскормили нас. Читая Ильфа и Петрова , кажется, «Одноэтажную Америку», а может быть, другой отчёт о жизни там, в тридцатые коды, поразился , узнав, что этот, такой родной, и такой удобный и мудрый элемент нашей жизни, как раздачи в столовых, был придумал не в Советском Союзе, а взят из Америки, как достижение капиталистического мира. Это открытие и огорчило тогда, и обрадовало меня. Огорчило, оттого что моя, такая сама передовая, мудрая, добрая, ответственная страна не придумала этот такой важный, хотя не такой уж трудный для придумывания, но такой типичный и показательный для порядка жизни в ней элемент , а взяла его готовым, подсмотрела, его, так сказать, как двоешник у отличника в тетради. Обрадовала же то, что в такой оценке Америка попадала в отличники, то есть могучая, замечательная страна, оказывается , уже не в такой степени была заражена тяжёлым недугом – капитализмом, что в ней существует, сильно то здоровое начало, которое царствует в моей стране, устройство жизни на разумных основах ради благоденствия всех.

И вот, снова детская радость – родные алюминиевые рейсы в Португалии.! И совсем неродной показалась надпись на русском языке, чёрными буквами протянувшаяся по стенке фонтана на площади Росси в Лиссабоне, оставшаяся , видимо, с мая прошлого, 2004 года, когда проходил в Португалии чемпионат мира по футболу. Оставленная, видимо, русскими болельщиками, для которых устраивались специальные самолётные рейсы, она лихо сообщала нечто задиристое на футбольную тему. Для лиссабонских властей она казалось, видимо, оригинальным произведением граффити, каких немало в метро Лиссабона, и они человеколюбиво оставили её нетронутой на всеобщее обозрение. Для нас с нашим воспитанием это всё – таки выглядело хулиганской выходкой и было неудобно. Хотя и радостно за соотечественников, сумевших посетить столь дальний край, пускай они даже малокультурны и малообразованны. А денег всё-таки хватило!

А ещё порадовались за португальцев. И позднее, рассматривая видеофильм, запечатлевший эти чёрные буквы на фонтане, понимаешь, что они бережно сохраняют их как визитную карточку гостей, как культурный памятник, оставшийся после чемпионата. Значит, не такие уж они хулиганы, эти визитёры, и их натуру легче оценили в этой дальней стране, нежели в Москве или другом городе России. там ничего, кроме хулиганства, в этой надписи не увидели ! Нет пророка в своём отечестве…

Итак, мы оказались в стране, где до русских дела нет, но где к ним прекрасно относятся, лучше чем в России, бережнее, уважая в них людей как существ, умеющих писать.